Лавка существ (Annie)

стихи, рассказы, фанфики, не относящиеся к КК

Модератор: Ksenia

Аватара пользователя
Annie
Сообщения: 116
Зарегистрирован: 10 июн 2014, 22:23
Статус: Анни, ты - дура! с Кенди
Откуда: Кегельбан

Лавка существ (Annie)

Сообщение Annie » 27 июн 2014, 17:49

Глава 1. Вещающая смерть.
Ночь окутала сонный городок своей мрачной паутиной, рассыпав в бескрайнем небе неисчислимые огоньки звёзд. Прохладный ветер подхватывал опавшую листву, играл ею, танцевал с ней завораживающий вальс. На улицах совсем опустело. Лишь изредка пробегали бездомные животные, разрывая тишину своими рычаньями. У одного из домов. Укутавшись в кусок прохудившейся тряпки, в изношенном до дыр платье, стояла девушка. Она была настолько худая, что со стороны казалась анатомической моделью для изучения человеческого скелета, обтянутого кожей. Её тоненькие бледные пальчики сжались в маленький кулачок и начали приглушенно постукивать по металлической поверхности. Дверь зазвенела в ответ.
- Да?

Петли скрипнули. Похоже, их давненько не смазывали. В проёме показался худощавый мужчина лет тридцати пяти. Его лицо украшала обильная щетина. Кудрявые русые волосы пружинками торчали во все стороны. Связанный бабушкой свитер на рождество испачкан сажей. Ещё на нём виднелись крупные пятна различных цветов. Пожелтевшие зубы крепко зажимали скуренную на половину дешевую сигарету. Впавшие голубые глаза мутным взглядом окинули незнакомку.

- Не… впустите… меня? – её голос звучал едва слышно.

Пронзительный ветер обдал его кожу холодом. Он прекрасно помнил, каково это – скитаться по холодным улицам целыми днями в поисках объедков, и хоть какого ни будь крова на ночь. Его самого подобрала жена с улицы, когда он точно так же бродил в грязных вещах, выпрашивая горбушку хлеба.

- Дорогой, кто там? – послышался приятный женский голос.

Тут же в коридоре появилась девушка двадцати пяти лет. Из-за угла первым «вышел» её округлый животик, а уж потом она. Выглядело это очень смешно, местами, даже нелепо. Сама она очень худенькая, да к тому же не высокая. Казалось, что она вот-вот сломается, так и не выносив своего малыша. Её короткие чёрные волосы едва достигали плеч, изящно обрамляя лицо. Светлые карие глаза светились от счастья. Руки в последнее время она предпочитала класть на «шарик», выпирающий вперёд. Тёплый флисовый халат фиалкового цвета как нельзя лучше подходил ей. Тапочки зашаркали по полу.

- Да вот, девушка, – выдохнул он.

- Она выглядит очень плохо… пусть немедленно заходит в дом, – сияющая улыбка тут же сменилась немного хмурым выражением.

- Саманта, принеси, пожалуйста, что ни будь тёплое. Она дрожит, – попросил её супруг.

- Конечно, Роджер, – девушка вновь улыбнулась.

Мужчина отошел в сторону, тем самым открывая дорогу бродяжке. Огромный капюшон, накинутый на голову, скрывал ото всех спутанные волосы и лицо. Она вошла во внутрь. Нет… она влетела, или вплыла. По крайней мере, ему так показалось. Ног было совсем не заметно. Он захлопнул за ней дверь, и прошел в гостиную, где его уже ждала гостья. Она сидела на диване. В воздухе повисла тишина. Напряжение росло. Этот мужчина никогда не любил тишину. Его должен окружать мир, наполненный красками и звуками. Художник и музыкант… довольно талантливая и тонко чувствующая красоту и изящество жизни натура. Он потянулся рукой к ней, чтобы снять капюшон, но та шустро отвернулась, накрыв голову руками.

- Да что с тобой? – недоумевал Роджер.

Девушка ничего не ответила. Тогда он взял со стола листок и уголёк, которым обычно рисуют, и принялся небрежными линиями переносить её силуэт на пожелтевшую бумагу. Несколько минут словно в тумане, и набросок был готов. Только он немного изменил его. Девушка не сидела, а парила в воздухе. Её руки были разведены в стороны, а лицо заплаканное. Она кричала. Кричала неистово, словно загнанный зверь. В тот момент он даже не подозревал, кого именно только что изобразили его руки. Бродяжка встала с места и вышла прочь из дома. В это же мгновение под окнами послышался вопль. Вопль женщины, которая увидела смерть. Роджер кинулся за ней, но она исчезла, словно и не было её тут.

- А где эта девушка? – спросила спустившаяся с тёплыми вещами в руках Саманта.

- Выскочила из дома, – недоумённо пожал плечами её муж.

- А что это за дикий вопль? Или мне послышалось?

- Сам не пойму. Ну, что ж. Давай выпьем по стакану тёплого молока, и пойдём отдыхать.

Мужчина нежно улыбнулся, обнял свою жену и, поцеловав животик, одарил ещё более прекрасным поцелуем свою супругу. Они поднялись наверх в мастерскую. Там Роджер принялся рисовать портрет Саманты. Она улыбалась так широко и искренне, как только могла улыбаться самая счастливая девушка на земле. Штрих за штрихом, мазок за мазком, и так до часу ночи. Давая отдых им обоим, он брал в руки гитару и начинал петь их любимую песню.

Oh, darling
If you leave me
I'll never make it alone
Believe me when I tell you
I'll never do you no harm…

- Пора ложиться? – прощебетала она, дослушав до конца.

- Пожалуй, ты права.

Сон накрыл обоих тёплым покрывалом, усталость охотно ему помогала. За окном листвой шуршал ветер. Капля за каплей с неба полился дождь. Он заполнял собой всю поверхность асфальта, затекая в трещинки и ямки. Затем, он превратился в ливень и уже шумным ручейком бежал около бордюра. Лужи становились всё больше, земля впитывала влагу всё сильнее. Было слышно, как капли бьются в закрытые окна домов. Но этой семье было тепло и уютно. Укутавшись в тёплый плед, они уснули в объятиях друг друга. Что может быть лучше стакана тёплого молока перед сном, и любимого человека в постели в такую погоду? Пожалуй, ничего.

Утро наступило совершенно неожиданно. Ночь пролетела быстро и незаметно. Солнце в середине октября светило по непривычному тепло. Его лучи разливались по голубо-серому небесному холсту. Свинцовые облака лениво скучивались, предвещая повторный ливень. В полицейский участок вошел высокий молодой человек спортивного телосложения. Его кожаная куртка была расстёгнута, рубаха небрежно одним краем вылезла из джинсов. Руками сжимал две картонные кружки с кофе, купленных в ближайшем фаст-фуде. Он окинул взглядом огромное помещение, словно кого-то выискивая и, когда таки отыскался его напарник, уверенным шагом направился к своему рабочему месту.

- Джереми, дружище, ты сегодня раньше, чем обычно! – воскликнул сидящий на крутящемся офисном кресле парень.

- Да, вот, что-то ночью не спалось, – усмехнулся он, прищурив яблочные глаза.

- Небось, кипяток налили?

- Как всегда!

Брюнет поставил стаканы на стол и нелепо усмехнулся. В двадцать три года он уже успел отличиться в профессии, за что и получил должность детектива. В напарники ему достался весёлый юноша двадцати лет, с чёрными волосами и серыми глазами. Его девиз: «День без преступления – неделя насмарку!» А вообще, Элиот умный не по годам парень. Не будь его рядом, Джереми вряд ли раскрыл и половины всех тех дел, над которыми он работал в течении двух лет. Такому логическому мышлению мог бы позавидовать сам Шерлок Холмс, будь он настоящим, а не персонажем всеми обожаемой книги. Шум прервал телефонный звонок.

- Детектив Джереми Марвел слушает… да… Сейчас выезжаем.

- Что сегодня? – приободрился второй.

- Убийство на Боуз/23. Мужчина.

- Развлечёмся же мы сегодня! – подскочил Элиот, потянувшись вверх.

- Я и не сомневался, что ты обрадуешься, – парень положил ладонь другу на голову и как следует, пошевелил ею в волосах, от чего причёска была безнадёжно испорчена.

Джереми сел на место водителя, всунул ключ и завёл машину. Сирена взвыла, авто двинулось с места. Любитель лихой езды постоянно прибавлял газу, за что неоднократно был остановлен и оштрафован. Но в сложившейся ситуации ему хотелось как можно быстрее оказаться на месте совершения преступления. Намечалось нечто интересное. Мимо пролетали дома , деревья, люди, машины, собаки, детские площадки… в общем всё, чем был наполнен город. Ещё несколько минут, и полицейская машина встала, как вкопанная на Боуз напротив дома 23.

- Что тут произошло? – сероглазый с важным видом подошел к ограждённой липкой лентой территории.

- Вы кто?

К нему обернулась пожилая дама. В руках она держала небольшую сумочку. Её морщинистое лицо украсил неодобрительный, лучше даже сказать, пренебрежительный взгляд.

- Это - детектив Джереми Марвел. Что тут произошло? – присоединился к ним юноша.

- Да вот! – старушка указала пальцем на лежащее к верху спиной у белоснежного бордюра тело. В паре метров стоял открытый Вольцваген.

- Так, посмотрим.

Элиот надел резиновые перчатки, пролез под лентой и перевернул труп. Открывшееся его взору зрелище было не из приятных. Из груди жертвы торчал нож. Кровавое пятно распространилось практически по всей поверхности синей рубашки. Лицо разбито. Вместо него кровавое месиво. Череп проломлен. Руки и ноги в глубоких порезах. Тёмные брюки изорваны в клочья и перепачканы грязью. Туфли валялись недалеко от него.

- Ну, то, что это мужчина – очевидно… - начал было он.

- А вот и документы! – весело перебил его брюнет.

- Так, так… посмотрим… - они начали пристально изучать паспорт и водительские права.

- Это же Роджер Лонгфорд.

После пятиминутной паузы Джереми понял, что перед ними тело местного художника и музыканта, который частенько играл на гитаре в небольшом кабачке, где на выходных обычно собирались рабочие, чтобы отдохнуть после тяжелых трудовых будней. Ещё он подрабатывал рисуя портреты на заказ. Каждый уважающий себя житель этого тихого, ни чем не выделяющегося городка имел у себя дома, по крайней мере, пару его работ. Его знали все: от мала до велика. И жену его любили. Да и есть за что. Приветлива, добра, никогда не грубит, не кричит на проказников-детишек, бегающих по газону.

- А жена его знает о случившемся? – с задумчивым видом поинтересовался Джереми.

- Нет. Её боятся потревожить. Срок беременности ведь большой. Она вот-вот родить должна. – пробубнила старушка с кривыми, местами торчащими наружу зубами.

- Я пойду и осмотрю машину, – Элиот махнул рукой, направляясь к авто.

- Вы что-то видели? – приступил к допросу свидетельницы второй юноша.

-Я видела только, как какой-то мужчина выскочил прямо перед машиной на середину дороги. А когда парень затормозил и вышел, чтобы разобраться, тот ударил его по голове, только я не видела чем, а потом ножом, того. – пожилая женщина надвинула капюшон на лоб.

- Ясно. Больше ничего?

- Нет.

- А почему ваши глаза красные? – удивился детектив, вглядываясь в её лицо.

- Вам показалось.

- Джереми, посмотри вот на это!– вдруг окликнул его напарник, держа в руках два листка бумаги.

- Что там?

Стоило Марвелу отвернуться, как старушка тут же исчезла. Будто и не было её вовсе. Элиот подошел к нему, чтобы показать свою находку. На пожолклом листе был рисунок девушки углём, больше походивший на банальные зарисовки. Силуэт, только и всего. На втором был написан номер телефона, адрес и время. Толком разобрать всё, что это могло значить вот так сразу, естественно не удалось. Поэтому, первым делом они решили направиться по тому самому адресу. Глядя на часы, можно было сделать вывод, что погибший направлялся именно туда. Они заскочили в полицейскую машину и помчались на всех парах.

На Ники 15 не было ничего, кроме старого заброшенного парка. Парни удивились, но любопытство взяло верх. Они пошли по узкой, потрескавшейся от времени асфальтированной дорожке. Ветки разросшихся деревьев настойчиво лезли им в лица. Разгребая их руками и не видя перед собой практически ничего, они уже через пару минут наткнулись на маленький высокий домик. Во дворе росли мелкие цветочки в виде ухоженных клумбочек. В воздухе витал аромат полевых трав. Но не американских. Нет. У них был пьянящий аромат. Такие травы могли только завезти из другой страны.

Гробовая тишина настораживала. Изредка, ото всюду доносилось щебетание птиц. Детективы остановились у двери. Нечто не давало им войти. Скорее всего – банальный страх. Им обоим почему-то сразу вспомнилась сказка о Ганзеле и Греттель. Только домик в их случае был самым обычным, а не пряничным с крышей из леденцов. Джереми медленно потянулся к дверной ручке, но тут же остановился. Его перепугала некая возникшая из неоткуда дымка, которая влетела прямо в деревянную дверь. Его глаза стали настолько большими, что в них можно было запихнуть монету среднего размера.

- Эй, ты чего? – испуганно прошептал Элиот, хлопнув его по плечу.

- Ничего, – так же тихо ответил юноша, нервно сглотнув скопившуюся во рту слюну.

- Тогда заходи, – всё так же шепотом.

Он дрожащей рукой ухватился за металлическую дверную ручку, и повернул её. Она скрипнула. Он потянул дверь на себя, та со скрипом приотворилась. Медленно открывая её, ему казалось, что оттуда вот-вот выпрыгнет нечто страшное. Сердце бешено колотилось. У него из-за плеча выглядывал до чертивок перепуганный друг с огромными от страха серыми глазами. Ещё секунда, и в этой невыносимой тишине громко зазвенел колокольчик. Эмоции взяли верх над разумом, и они оба увалились на пороге. Послышались чьи-то шаги.

- Добрый день, господа.

На них сверху вниз смотрела очень милая и симпатичная девушка двадцати лет. Её длинные тёмно-русые волосы, достигавшие талии, свисали , закрывая лицо. Тогда она подобрала их одной рукой, одарив парней тёплой улыбкой. Они несколько секунд в недоумении вглядывались в её серо-голубые глаза. Затем их взгляд медленно скользнул ниже. На ней было длинное синее платье в пол на бретелях с разноцветным принтом, по форме и тематике напоминающий славянский. Да и лицом она не была похожа на американку. Типичная украинка, ну или россиянка.

- Здравствуйте.

Придя в себя, они тут же вскочили с холодного бетона, отряхнулись, и приняли важный вид.

- Чем я могу вам помочь? И не стойте на пороге, проходите. Прошу, – её голос прозвучал мягко.

- Я – детектив Джереми Марвел. А это – детектив Элиот Грандж. Мы расследуем убийство Роджера Лонгфорда, – представился юноша, войдя вовнутрь.

- Как, убийство? – девушка побледнела.

- Так значит, вы знали покойного? – спросил сероглазый, осматривая высокие стеллажи с множеством баночек и мешочков.

- Само собой. Он - мой клиент. Сегодня в десять должен забрать у меня краски.

- Уже не заберёт, – выдохнул брюнет.

- Я так понимаю, эти краски он должен был забрать? – поинтересовался Элиот, взяв в руки несколько стеклянных бутылочек.

- Да. Это краски, сделанные из растений. Натуральные, так сказать. У него жена беременная, а они любят вместе порисовать. Вот и заказывают не токсичные краски.

- А из чего именно они? – не успокаивался напарник.

- Те, что вы держите – из конского щавеля, шалфея лугового, желтника и синего касатика. А те, что на столе – бузины, гречихи, стружки красного дерева, ольхи, барвинка и ветлы.

Баночки переливались в лучах солнца. От них действительно пахло травами и древесиной. Только парни никак не могли понять, как такие краски могут держаться на полотнах в течении нескольких лет. Возле деревянной коробочки лежал маленький коричневый мешочек. От него исходил запах горелого. Открыв его, Элиот обнаружил несколько угольков.

- И это тоже его заказ, – успокоила юношу продавщица.

- А вы хозяйка лавки? Или же просто продавец, леди… Ким Гибс, – быстро сориентировался брюнет, прочитав имя и фамилию на табличке, стоявшей на краю огромного деревянного прилавка.

- Владелица, – с улыбкой ответила девушка.

- Такая юная, и уже босс! – в голосе Элиота слышались нотки сарказма.

- Ничего удивительного. Эта лавка досталась мне от покойной бабушки. Я помогала ей, когда была маленькой, так что своё дело знаю на все сто! – подмигнула Ким.

- Что ж. Тут всё ясно. Думаю, нам пора, – осмотрелся на последок Джереми и, схватив напарника за рукав плаща, потащился к выходу.

- Если вам что ни будь понадобиться – обращайтесь!

Они вышли наружу, захлопнув за собой двери. Колокольчик, висевший над деревянной рамой, вновь зазвенел. В руке Элиот сжимал баночку фиолетовой краски. Уж больно ему понравился её запах. Солнце заливало округу лучами. В них тёмно-зелёные кроны деревьев будто светились. Множество бабочек слетелось в этот заброшенный парк из-за буйства диких растений со сладчайшим нектаром в распустившихся бутонах. Они пролетали мимо парней, лавируя между мощный стволов. То, взмывая вверх, то пикируя вниз, их яркие крылья создавали невероятной красоты волну.

- Даша, они ушли?

В этот момент из соседнего помещения вышел мальчик лет десяти. Его тёмно-карие, практически чёрные глаза смотрели на девушку крайне безразлично. Из одежды на нём была голубая рубашка и синие шорты на подтяжках. На ногах гольфы выше колена и чёрные лакированные туфли. В руках он держал металлическую косу, которая была выше него самого на несколько сантиметров. Её острое лезвие переливалось в солнечных лучах. В ней можно было увидеть своё отражение. Верх основания украшала часть человеческого скелета. А если выть точнее – верхняя половина со скрещенными на рёбрах руками и опущенным, словно в скорби вниз черепом.

- Не называй меня так. Мы не дома, – прошипела девушка.

- Извини, Ким. Я могу отправляться? – его голос звучал столь же безразлично, как и холодный взгляд.

- Да. И будь осторожен, Рем.

- А ты придай парку нужный вид. Осень как ни как.

Она поцеловала мальчика в пшеничную кудрявую макушку, как бы давая своё благословление на удачную охоту, или что-то в роде того. Он вышел из домика, прошел по заросшей бурьяном ,едва заметной дорожке и, с разбегу набрав бешеную скорость, помчался к месту преступления. Сестра не боялась отпускать его куда-либо одного. Не смотра на свой махонький возраст он был куда опасней, чем взрослые выпившие мужики, у которых в голове творится чёрт знает что. Он едва успел притормозить у Боуз/23. Тут уже никого не было.

- Ну что? Тебе пора, – он протянул руку вперёд.

Пальцы едва коснулись сияния, напоминающего пылание огня. Только оно не обжигало. Наоборот. Было холодным, словно лёд. Яркие искорки, вырвавшиеся из центра скопления, словно согласились с его словами. Тогда Рем замахнулся своей косой и разрубил шар. Огоньки исчезли. Подул сильный ветер, срывая с деревьев оранжевую листву. Небо затянулось тучами. Вновь хлынул дождь, шумя в водосточных трубах.
По улицам мчалось полицейское авто. Оно проехало по Боуз мимо мальчика как раз в тот момент, когда тот разговаривал со светящимся шаром, держа в руках устрашающую косу. Джереми хотел было затормозить, когда от него и след простыл. Брюнет только успел удивиться. Его напарник абсолютно ничего не заметил. Элиот попросту услышал свою любимую песню по радио, и орал под неё во всё горло. Дождь настиг их уже когда они подъехали к дому, в котором жил покойный Роджер вместе со своей беременной женой.

Пальцы Марвела неуверенно коснулись кнопки звонка, вдавив её вглубь. Через несколько секунд по ту сторону послышалось шарканье тапочек по полу. Дверь открылась. На пороге с улыбкой их встретила Саманта в своём неизменном махровом халатике. Одной рукой она держалась за ручку, другая лежала на животике. Малыш сегодня был крайне неспокоен. Он бился ручками и ножками. Словно чувствовал, что папа больше никогда не придёт домой, не поцелует маму, не скажет, как он их сильно любит. Он не увидит, как тот будет быстро подрастать, не поиграет с ним в бейсбол, не научит кататься на велосипеде, не появится в школе на его спектакль…

- Миссис Саманта Лонгфорд? – с порога спросил Джереми.

- Да. Это я, – всё с той же улыбкой ответила девушка.

- Детектив Джереми Марвел. Мы можем пройти в дом?

- Конечно. Что-то случилось? – забеспокоилась она.

- Думаю, Вам лучше присесть, – произнёс Элиот.

- Дело в том, что вашего мужа нашли сегодня утром на Боуз/23 с ножом в груди. Рядом у бордюра стоял его Вольцваген…

Не успел он договорить до конца, как девушка вскрикнула, тут же закрыв рот руками. По её щекам покатились слёзы. Малыш начал пинаться ещё сильнее, доставляя ужасную боль, от которой та согнулась пополам. Брюнет тут же кинулся успокаивать её, чтобы она ненароком не родила прямо тут. Но, что им оставалось делать? Ей бы всё равно сообщили о смерти супруга.

- Вам плохо? – встревожился сероглазый.

Она ничего не ответила. Всхлипы и крики рвали тишину. Душераздирающее зрелище. На то, чтобы успокоить Саманту, ушло около часа. Когда она окончательно пришла в себя, им удалось расспросить её обо всём интересующем. В ходе беседы выяснилось, что у Роджера есть брат, который живёт неподалёку от места преступления. Всего-то в нескольких минут ходьбы. Только он много пьёт, и семьи у него нет. Часто приходил к ним и выпрашивал деньги. В последнее время он не получал ничего, кроме твёрдого отказа.

- И на последок… вот этот рисунок мы нашли в машине вашего мужа. Вы не знаете, кто это может быть? – Джереми протянул ей листок с набросками.

- Эта девушка была у нас вчера вечером. – она высморкалась в платочек, и продолжила. –Роджер попросил меня принести для неё тёплых вещей. Я поднялась наверх, взяла пару старых свитеров, сапоги, которые я совсем не ношу из-за вечно отекающих ног, тёплые брюки и своё пальто. А когда спустилась вниз, он стоял у двери, а девушки не было. Потом, под окнами раздался ужасный вопль. Но на улице никого не было.

- А куда ваш муж направлялся сегодня утром?

-Он поехал за красками к Ким. Дело в том, что иногда мы рисуем вместе. Но не на холстах. На животе. И потом делаем фотографии. И он боялся, что обычные краски навредят малышу. Тогда мы случайно из газеты узнали лавке в заброшенном парке. И уже восемь месяцев покупаем краски из растений у той милой девушки. И сегодня он тоже поехал за красками и угольками. – она вновь высморкалась в беленький платочек.

- Всё ясно. Если ещё что-то вспомните – обязательно мне позвоните. Это мой номер, – Джереми написал на салфетке свой номер и подвинул её к Саманте.

- Хорошо.

Парни вышли из дома и сели в машину.

- Джереми, я только сейчас кое-что заметил. – задумчиво протянул Элиот.

- И что же?

- Тот парк. Он зелёный. Весь. Бабочки летают, цветы. Травка, бурьян…

- И что? – недоумевал брюнет.

- Октябрь месяц на дворе. Холод, дожди, листья практически опали!

- И вправду. Я как-то этого и не заметил даже.

- Давай опять туда съездим, – предложил Элиот.

Авто вновь отправилось по уже знакомому маршруту. Вот только когда они подъехали ко входу в заросли деревьев, их удивлению не было предела. Вместо густых зелёных крон были обглоданные ветром ветви. Вся листва желто-оранжевым ковром лежала на земле. Бабочки больше не летали, птицы не щебетали. Затянутое тучами небо и проливной дождь.

- Я тут чего-то не понял. А где же? – возмутился сероглазый.

- Не знаю. У тебя нет желания снова пойти в ту лавку? Лично у меня нет.

- У меня тоже.

Они постояли ещё несколько минут, и всё же направились в участок. Там день прошел крайне скучно. Банальное копанье в личных делах, проверка биографии сегодняшней жертвы, обед, бар и так далее. И вновь ночь окутала собой городок. Джереми лежал в своей кровати и никак не мог уснуть. Всё время крутился, много думал. Из головы никак не шел тот рисунок, который он, кстати, прихватил с собой, зелёный парк, который потом пожелтел и опал, мальчик с косой, разговаривающий посреди улицы со светящимся шаром, дымка, влетевшая перед ним в дверь лавки. Всё это как-то странно. Он закрыл глаза, и тут же его разум показал ту девушку из лавки. Ким… её серо-голубые глаза, прямые длинные тёмно-русые волосы, яркая улыбка. Всё это засело в его памяти, словно заноза.

Он сорвался с места, быстро накинул первое, что попалось под руку, завёл стоящий в гараже мотоцикл, и поехал с тем самым рисунком в лавку. Ветер настырно залезал ему под кожаную куртку. Несколько минут, и мотор заглох у парка. Ноги несли к заветной в двери. Кулаки судорожно колотили древесину до тех пор, пока не послышались чьи-то шаги. В замке затарахтел ключ. Петли скрипнули. На пороге босая стояла в одной ночнушке стояла сонная Ким. Она потёрла руками глаза и немного поморгала, чтобы получше рассмотреть ночного гостя.

- А. Детектив Марвел. Доброй ночи, – промямлила она.

- Ага. Ночи, – запыхавшись, произнёс он.

- Вам чего? – девушка зевнула.

- Не спится. Я могу пройти?

- Может вам настойку лаванды. Будете спать, как убитый.

- Нет. Я бы хотел узнать вот об этом.

Он протянул ей рисунок. Она несколько минут вглядывалась в него, потом отложила на журнальный столик.

- Жена Роджера сказала, что она была у них в доме накануне его смерти. А потом исчезла. И они услышали…

- Вопли. Душераздирающие крики, – перебила она его.

- Да. А вы откуда знаете? – удивился Джереми.

- Как бы странно это не звучало, но постарайтесь это принять.

- Вас внимательно слушаю.

- Их дом посетила баньши.

- Кто? – переспросил он.

- Баньши. В ирландском фольклоре известны так же, как Боб Сидхи - "женщина насыпей".

- И что это за… - он пытался подобрать нужные слова.

- По сути, это – дух, который, безумно вопя, предвещает смерть. Мало кто видел баньши. Она не столько существо, имеющее облик, сколько зловещий вой, наполняющий ужасом ночи Ирландии .

- Но ведь мы живём в Америке, – перебил девушку брюнет.

- Это да. Дослушайте, пожалуйста, до конца. Под окнами дома, который она посетила, баньши пророчит смерть кого-то из членов семьи, или очень талантливого человека. Ее появление говорит о чистоте кельтской крови этой семьи, об отсутствии каких либо примесей латинской, саксонской или датской крови. У неё длинные распущенные волосы, серые плащи поверх зеленых платьев, красные от слез глаза. Порой баньши принимает облик уродливой старухи со спутанными черными волосами, одной - единственной ноздрей и выпирающими передними зубами. Порой становится бледнокожей красавицей в сером плаще или в саване. А иногда является в образе рано умершей невинной девы из числа членов рода. Ее могли призвать. Тогда этот обряд называется "кининг".

-Откуда вам привозят травы? – Джереми косо посмотрел на Ким.

-Из Европы. А что?

-Интересно просто. Я тоже так хочу. Это ж как надо было нанюхаться, чтобы вот так унесло.

В соседнем помещении послышался грохот, затем шорканье и чьи-то шаги.

- Вам лучше уйти, – вдруг всполошилась девушка, - и, Вам лучше поверить моим словам. В мире слишком много вещей, которые людям не стоит видеть.

Джереми вышел из лавки пытаясь понять то, что ему довелось выслушать. Ким закрыла глаза и осталась сидеть в кресле. Через несколько секунд на её плечи опустились холодные руки брата. Рем стоял молча позади неё, словно ожидая вопроса или разрешение на то, чтобы что-то сказать. Невыносимая тишина резала слух. Она положила свои ладони поверх его и глубоко вдохнула. В воздухе витал запах степи. Будто палящее солнце заставляет сухие стебли отдавать свои ароматы. Вдруг стало так непривычно спокойно, что немного напугало девушку. Она привыкла жить в вечном напряжении, скрываясь то от одних, то от других проблем. И вот оно… блаженное спокойствие. Тогда, отчего так тревожно?

- Это он? – она прервала тишину.

- Как ты догадалась?

- Ты же проснулся. Да к тому же с грохотом свалился с кровати. Только на него ты мог так отреагировать.

Когда жнец спит,
он словно мёртвый,
но лишь приходит алый грех,
кровью на полу растёртой,
разливается злой смех.

- Ещё не забыла тот стишок, который мама мне перед сном читала, – задумчиво протянул мальчик.

- Само собой… иди ложись.

Город уснул. Ночь тихо напевала свои колыбельные, мерцая бледными звёздами с небес. Ветер охотно подпевал ей, шурша на улице опавшей листвой. Изредка слышались мяуканье кошек и рычанье дворовых собак. По тёмной улице промчался мотоцикл, рассекая колёсами лужи, брызги которых летели в разные стороны. Джереми размышлял над сказанным Ким. Как человеку, выросшему на добрых сказках и воспринимающему банальную реальность без божеств, призраков и прочей дряни, ему казалось, что девушка просто не в себе. Или же, попросту помешана на мифологии до такой степени, что переносит её в обычную жизнь, тем самым оживляя всевозможных существ из своего воображения.

Новое утро пришло столь же незаметно, как и новые проблемы. Из-за частых дождей случились оползни, которые повредили систему подачи воды в дома. в итоге все остались без воды на неопределённый срок. Умывшись из огромной железной кружки, Марвел залпом выпил остывший кофе, и на всех парах помчался в участок. Сегодня должны были прийти результаты экспертиз, да и в морг нужно было заскочить, чтобы хоть одним глазком осмотреть получше тело погибшего Роджера.

- Результаты пришли! – поприветствовал радостным, впрочем, как и всегда, возгласом Элиот, махая у него перед лицом бумажками.

- Отлично. Посмотрим, – его выражение сменилось на задумчивое.

- Короче, по лицу ему не хило так врезали большим тупым предметом. Предположительно, это был камень.

- Но, ничего подобного и близком не было. – не отрывался от бумаг Джереми.

- Ага. Помнишь, жена нашего трупа сказала, что у него есть брат.

- И?

- Может, опросим его. Он мог что-то знать.

- Сомневаюсь. Только не щенячьи глазки! – он закрыл глаза ладонями.

- Ну, пожа-а-а-а-алуйста! – жалобно протянул сероглазый.

- Сам будешь брать у него интервью.

- Идёт.

Найти мужчину не составило никакого труда. Новость о том, что со вчерашнего вечера тратит приличную сумму при том, что сам по себе – попрошайка, разлетелась в считаные часы по всему городу. Юношу, возрастом двадцати четырёх лет застали в баре с очередной бутылкой. Он едва мог оторвать голову от барной стойки. Его взгляд был затуманен. От него самого стоял «шлейф» алкоголя. Выговорить своё имя никак не получалось. Язык не слушался, и вместо чётких звуков вырывалось мычание полудохлого быка.

- Ну, отлично! И как его в таком состоянии допрашивать? – возмутился Марвел.

- Никак. Уж проще получить ордер на обыск его дома. Если он, конечно, есть, – саркастично ответил напарник.

Посмотрев на пьяное тело, парни тут же поспешили в участок. Не теряя времени, Джереми отправился в морг. Там его уже ждала миссис Робинс. Она вытащила тело из холодильника на заготовленную заранее каталку и, подкатив к огромной лампе, свисающей с потолка, включила её. Яркие потоки света разорвали царивший мрак. Женщина стянула с тела покрывало. Теперь оно выглядело ещё отвратней. Холодная синюшная кожа, огромная рана в груди была зашита. Но с лицом всё обстояло куда хуже. Всё в засохшей крови, с проломленной во внутрь лицевой частью черепа так, что часть мозгов стояла отдельно в баночке.

- Господи, Джен, и как тебя только не стошнило? – спросил брюнет, прикрывая рот рукой.

- Всё опыт работы! – улыбнулась дама, подняв указательный палец вверх.

- И что ты можешь сказать?

- По лицу ему ударили чем-то тупым и большим. Вон как его разнесло. Нож, который торчал из груди, прошел в нескольких миллиметрах от сердца. Но умер он не от этого. Вот. Видишь на его шее следы? – она провела пальцами по длинному синему отпечатку.

- Асфиксия?

- Бинго! Только зачем череп проламывать – не понятно.

- И на том спасибо.

Он вышел прочь ощущая, как к горлу подступило нечто противное. Похоже, что его желудок был готов очистить себя окончательно и бесповоротно. Подавить рвотные позывы удалось с трудом. Немного придя в себя, парень сел на мотоцикл и помчался обратно в участок. Когда он вошел в помещение, его состояние отразилось на внешнем виде. Побледнев, он стремглав побежал в уборную, где его пару раз вывернуло наизнанку.

- И что ты там такого увидел? Или тебя укачало? – поинтересовался вошедший следом за ним Элиот.

- Всё нормально. Я в порядке, – слабо улыбнулся юноша.

- Да, я вижу. Умывайся. Я тут кое-что вспомнил.

Из крана зашумела вода. Брюнет несколько раз подставлял руки, чтобы потом как следует прополоскать рот. Казалось, ему стало легче.

- Ну, и что ты вспомнил?

- У жены Роджера на руке я видел тату.

- И что в этом такого?

- Это не обычное тату.

- Я тебя решительно не понимаю. – отмахнулся Джереми.

- Но, до этого такой тату у неё не было.

- Тебе откуда знать?

- Видел её фото в лавке у той девушки. Ким, кажется. Так вот, руки Саманты были абсолютно чисты.

- И что ты предлагаешь?

- Едем в лавку.

Ничего не ответив, Марвел лишь многострадальчески закатил глаза, откинув голову назад и цмакнув при этом. Ему вспомнился ночной визит, и особого желания возвращаться в логово к этой, по его мнению, полоумной особого желания не возникало. Но что поделать, когда тебя за рукав тащит человек, которого не остановит даже идущий в лоб экспресс-поезд? Правильно. Только сдаться. Что, в принципе, он и сделал. Несколько минут на большой скорости по пустым улицам, и вот этот вход в парк, успевший стать ненавистным для одного из детективов. Но, брюнет и глазом не успел моргнуть, как его напарник уже махом притащил его к двери. «Ничего. Пара минут позора, и всё закончится.» - подумал про себя Марвел, переступая порог одноэтажного домика.

Внутри за огромным столом вместо Ким сидел мальчик с кудрявыми пшеничными волосами. Его тёмные глаза холодно осмотрели парней с ног до головы. Джереми тоже пристально смотрел на него. В голове мелькнула мысль, что это тот самый мальчишка с огромной устрашающей косой, которого он видел вчера, проезжая по Боуз/23. Но он старательно отгонял от себя до тех пор, пока совершенно случайно не заметил, как цвет глаз ребёнка с тёмного сменился на багровый. Это были доли секунды, которые заставили его сердце биться чаще.

- Рем, у нас посетители? – донеслось из соседней комнаты.

- Да, Ким.

К ним вышла девушка. В руках она держала огромную корзину, из которой торчали всевозможные травы и сухие ветки. Пьянящий аромат тут же заполнил собой всё свободное пространство. Она глянула на брата, заметив его реакцию на вошедшего Джереми. Казалось, что он сейчас не сдержится, и накинется на него. Поставив сухоцветы на стол, она жестом показала мальчику, что тот может быть свободен, шепнув на ухо, что для него нашлась работёнка. Он сорвался с места, и пулей вылетел из дома.

- Чем обязана, детективы? – на её лице засияла улыбка.

- Давно ли вы знаете Роджера Лонгфорда и его жену? – начал было Элиот.

- Я же вам вчера сказала – восемь месяцев.

- Было ли у Саманты на тыльной стороне правой руки ниже локтя вот такое тату? – Джереми протянул ей бумагу с нарисованным его напарником символом.

- Откуда у вас это? – она заметно перепугалась.

- Так вы знаете, что это? – попытался не давить на неё сероглазый.

- Да. Это тройной кельтский узел - один из самых распространенных, дошедших до наших дней символов.

- И что он обозначает? – поинтересовался Марвел.

- Значение его весьма прозрачно: вечный круговорот жизни, смерти, перерождения и новой жизни. Все возвращается на круги своя. Иными словами - бесконечность. В другом смысле - это символ причины - следствия, в роде « что посеешь - то и пожнешь ». в древней Ирландии по таким символам на теле вычисляли того, кто мог призвать баньши – существо, вещающее смерть. Взамен она что-то забирает. Конечно, это может быть самое обычное тату.
– в конце концов, с усмешкой отмахнулась она.

- Вы сами верите в то, что говорите? – не выдержал Джереми.

- Мы не верим в то, чего не знаем и не видим. Но это не значит, что этого нет на самом деле, – на её лице появилась ухмылка.

- Значит, эта женщина могла призвать баньши для того, чтобы убить своего мужа? – Элиот явно был заинтересован во всякой мистической чепухе.

- А не проще ли было просто убить его? Если это то, что я думаю, то тут всё куда сложнее, – её глаза хитро сверкнули.

- Вот оно что! – увлечённо протянул сероглазый.

- Всё. Хватит. Элиот, мы уезжаем! – кипел от ярости брюнет.

- Извините, мы вынуждены вас покинуть!

Напарник встал, учтиво поклонился, и поспешил удалиться прочь вслед за другом, который бежал, словно укушенный осой. Они решительно не понимали друг друга. Один верил каждому слову едва знакомой очаровашке, другой выходил из себя при любом упоминании о мифических существах. Всю дорогу от лавки до дома Лонгфордов они ехали молча, изредка обмениваясь пренебрежительными взглядами. Причиной такого поведения стало банальное «верю –не верю». В этот момент они были похожи на двух маленьких детей, активно пытающихся что-то друг другу доказать. И пока – безрезультатно.

- Ким, я едва сдержался, – перед девушкой стоял её брат. По его лицу, не выражающему абсолютно никаких эмоций, градом катились слёзы.

- Ну, ну, ну. Не плачь. Он ушел. Тебе нечего опасаться. Я никому не позволю тебя обидеть. В прошлый раз я не смогла прийти тебе на помощь, и вот что он с тобой сделал, – она прижала его к себе.

Полицейское авто остановилось напротив дома убитого. В окне на кухне показалась Саманта. Похоже, она была чем-то занята. Они вышли из машины, и направились к калитке. Брюнет толкнул её вперёд. Та со скрипом отворилась, впуская на свою территорию. Золотые стебли высохшего газона смешались со свежей грязью, в которой копошились черви и мокрицы, не успевшие уйти на покой. Выглядело это отвратительно, местами доводя до тошноты. Элиот ткнул пальцем в дверной звонок. По ту сторону раздался противный стрекот вперемешку со звоном колокольчика. Через несколько секунд дверь открылась.

- Детективы, это снова вы? – вдруг переполошилась вдова.

- Да. Это снова мы. Позволите войти? – всё с той же непринуждённой улыбкой спросил сероглазый.

- А… да, – неуверенно ответила она, уступая дорогу парням.

- Скажите, пожалуйста, что за тату на вашей руке? – плюхнулся на кресло Элиот.

- Э… это п… просто т… т… тату, – начала заикаться девушка, пытаясь скрыть ладонью трикветру на тыльной стороне руки.

- Тогда почему вы заикаетесь? – настаивал на своём юноша.

- Вам показалось! – грубо отрезала она.

- Значит, и мне показалось, – безразлично подал голос Джереми, исчезая в соседнем помещении.

- Что вам от меня нужно?

Она держала руки на животе, словно защищая своё дитя от постороннего взгляда. Напор с двух сторон окончательно сломал её. Она едва слышно опустилась на диван, пальцы медленно скользнули на мягкий шенилл, едва касаясь его ворса. Из-за опущенной вниз головы, взгляда не было видно. Уж лучше, чтобы она не поднимала её вовсе, ибо когда это произошло, холодные, словно у хищницы, наполненные ненавистью глаза просто прожигали насквозь всё, что они видели. Губы изогнулись в до того безумной улыбке, что хотелось сорваться с места и бежать от этой чокнутой на край земли.

- Нам нужна, правда, – Марвел вышел из кухни и был по-прежнему невозмутим.

- Даже если её узнаете, вам никто не поверит! – жуткий смех пронзил воцарившуюся на несколько мгновений тишину.

- Это уже не ваше дело. Так вы сами всё расскажете? – настаивал брюнет.

- Джереми, может, свалим отсюда. Вдруг она сейчас топорик достанет и «тюк» нас! – во-всю жестикулировал от страха перед этой дамой его напарник.

- Сидеть! – он вдавил друга в сидушку.

- Ну что ж. Если Вы побывали в лавке Ким, то мне бесполезно отнекиваться, – спокойно, как ни в чём не бывало, начала свой рассказ Саманта, – Я – чистокровная ирландка. В моём теле течёт чистейшая кельтская кровь, поэтому баньши приходила в наш дом. Она вещала смерть моему малышу.

- Но… - перебил её сероглазый зная, что дух никогда не назовёт того, о ком вопит.

- А как я об этом узнала? Всё довольно просто. Эти твари не переносят железо. Кружка измельчённой в блендере свежайшей печени, насильно влитой ей в глотку – и она выдаёт абсолютно всё. Так вот. Через день малыш перестал биться. И чтобы вернуть его, я заключила со старухой контракт. Я призвала её для того, чтобы забрать душу этого никчёмного писаки кистями. Ха-ха-ха. Его душа должна была переродиться в моём мальчике. Отсюда и тройной кельтский узел, как символ вечной жизни и контракта. Убила его тоже я. Это не составило никакого труда.

- Но, свидетельница сказала, что это был мужчина. – перебил её Элиот.

- Ваша свидетельница никто иная, как та самая баньши, которую я призвала. Но всё сорвалось. Этот гадкий мальчишка - чёрный жнец, забрал Роджера раньше, чем дух. Тогда я убила вопящую фею тем же способом, что и пытала, и поместила её в это маленькое тело. Завтра родится мой сыночек! – выражение её лица менялось с каждой фразой: от безумного, до счастливого.

- Забираем её, – безразлично ответил Джереми.

- Но, у нас нет улик, – проскулил его напарник.

- Есть. На кухне она пыталась сжечь вот этот свитер со странными пятнами. Я думаю, это кровь. И на ноже, я уверен, её отпечатки. И борозда на шее Роджера не слишком-то и широкая, как для мужских пальцев.

- Извините мадам, но мы вас забираем!

Металлические наручники бодро щелкнули на её запястьях. Она вышла из дома, издавая истошные крики, сменяющиеся зловещим смехом. В участке у Саманты начались схватки, поэтому её немедленно увезли в госпиталь. В лавке, скрытой в глубине заброшенного парка изредка слышались всхлипы и нежный, что-то напевающий девичий голос.

- Да-а-а-а-аш, ты и в правду меня никогда не бросишь? – белокурый мальчик стоял на коленках перед сидящей в мягком кресле сестрой. По его щекам градом катились слёзы.

- Нет. Я же обещала. Кроме того, ты для меня единственный, Глеб. – она прижала его к себе, поглаживая рукой по курчавой макушке.

- А что с тем ребёнком? Он же родился?

- Да. Только для этого была заплачена слишком высокая цена: человеческая душа и существо. Ужасный родился малыш…

Вернуться в «Литературное творчество (не Кенди)»

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и 1 гость